Римская Слава - Военное искусство античности
Новости    Форум    Ссылки    Партнеры    Источники    О правах    О проекте  
 

Кампания Корбулона (Debevoise N. C.)

Парфия • 26 февраля 2012 г.

Император Клавдий был отравлен в октябре 54 г. н. э., и на трон взошел юный Нерон. К декабрю известия о событиях в Армении достигли Рима, и немедленно начались приготовления к войне1. Восточные легионы набирались до боевой численности и затем отправлялись в направлении Армении. Антиох IV Коммагенский и Агриппа II из Халкиды (Анджара) были обязаны собрать войска и держать их в готовности для вторжения в Парфию; следовало также построить мосты через Евфрат. Малую Армению отдали Аристобулу, сыну прежнего царя Ирода из Халкиды и двоюродному брату Агриппы II, а Софену — Сохему, вероятно, из того же самого рода, что и тот, кто только что унаследовал трон Эмессы2. Для командования силами, собранными для «удержания» Армении, из Германии призвали Гнея Корбулона. Он был закаленным ветераном и успешным в смысле карьеры человеком, и его назначение, несомненно, было мудрым решением. Легионы X Fretensis и XII Fulminata, а также некоторые восточные вспомогательные войска должны были оставаться в Сирии вместе с Уммидием Квадратом, наместником этой провинции. Равное количество союзников, легионы III Gallica и VI Ferrata3 были отданы Корбулону, в распоряжение которого поступили также когорты, зимовавшие в Каппадокии. Союзные правители получили приказ подчиняться этим полководцам в той мере, как этого требовали обстоятельства. Корбулон поспешил в Киликию, где встретил Квадрата, который очень боялся, что его более привлекательный по своим личным качествам сослуживец получит всю славу. Римские командующие отправили посланников к Вологезу; для того чтобы избежать войны, последний предложил римлянам некоторых важных членов своей семьи в качестве заложников. Несомненно, Вологезу было выгодны такие условия, так как его сын Вардан незадолго до этого поднял восстание4. Сомнительно, чтобы ему когда-либо удалось сместить своего отца или же самому стать царем, так как восстание, очевидно, было подавлено5.

Большой помехой для Корбулона стало жалкое состояние восточных легионов. Тацит рассказывает, что многие ветераны едва знали, что делать с оружием, а в некоторых случаях войска даже не снабжались доспехами. Тех, кто были слишком старыми или непригодными к военной службе, отослали домой, увеличив численность за счет набора солдат из Галатии и Каппадокии. К ним был добавлен легион X Fretensis, который был заменен в Сирии легионом IV Scythica, прибывшим из Мезии6. В конце 57 г. н. э. Корбулон почувствовал, что условия стали значительно лучше, и смог отправиться в Армению, где в условиях жестокого холода провел в палатках зиму 57/58 г. н. э.

У многих солдат были обморожены руки и ноги, но Корбулон, чья высокая и внушительная фигура всегда бросалась в глаза, расхаживал среди них с непокрытой головой и старался подбодрить их. Не выдержав таких трудностей, многие дезертировали, но введение смертной казни за первый проступок (вместо третьего, как было принято до этого) прекратило бегство солдат. Командование вспомогательными войсками, распределенными по гарнизонам в стратегически важных пунктах, было передано Паццию Орфиту. Вопреки строгим приказам, Орфит вступил в бой с врагом и был жестоко разгромлен.

Весной 58 г. н. э., когда погодные условия улучшились, кампания возобновилась. При поддержке своего брата Вологеза Парфянского Тиридат начал грабить сторонников Рима. Его всадникам удалось избежать встречи с войсками, посланными против них, и продолжить свои успешные рейды. Корбулон напрасно пытался поймать Тиридата и в конце концов был вынужден перенять тактику противника, разделив своих людей на отряды, чтобы грабить страну. В то же время он посоветовал Антиоху Коммагенскому наступать через армянскую границу. Фарасман Иберийский также встал на сторону римлян, и «инсохи» (возможно, мосхи или гениохи7) своими активными действиями досаждали армянам. Вологез и большинство его войск были о твлечены восстанием в Гиркании8, которое в конечном итоге привело к окончательной потере этой территории Парфией. Гирканцы отправили послов в Рим за помощью, которая, очевидно, так и не была им оказана.

Корбулон знал об этом затруднении парфянских войск. Поэтому, когда Тиридат предпринял пробную попытку примирения и пожелал узнать причину вражеского вторжения, римский командующий, не колеблясь, ответил, что Тиридату следует обратиться в качестве просителя к Нерону, от которого он может получить свое царство назад скорее мирным путем, чем через пролитие крови. Последовали расширенные переговоры, но их завершению в итоге помешали попытки вероломства и неопределенность позиций с обеих сторон.

С этого момента началась серьезная борьба. Корбулон сохранил командование над одной из частей римских войск, тогда как легат Корнелий Флакк возглавил вторую часть, а лагерный префект Инстей Капитон — третью. Воланд — самая мощная из крепостей — пала в результате штурма в первый же день. Все мужское население крепости было убито, а неспособные сражаться проданы победителям. Карательные экспедиции, посланные римским командованием, без труда овладели другими укрепленными пунктами. Столь легкий успех побудил Корбулона отправиться к Артаксате с намерением осадить и этот город. У Тиридата не было достаточно сил, чтобы сдержать римский натиск в течение сколько-нибудь длительного времени, и поэтому он попытался заставить римлян нарушить их боевой порядок и таким образом открыться для атак его кавалерии. Благодаря дисциплине и выучке под руководством Корбулона, римские шеренги стояли твердо, и парфянская уловка не удалась. Не решившись вступить в открытый бой, Тиридат ночью сбежал, вероятно, рассчитывая получить убежище у Вологеза. Артаксата сдалась без борьбы9. Мирным жителям сохранили жизнь, но крепостные стены разрушили, а город сожгли10. Рим отпраздновал эту победу воздвижением статуй и триумфальных арок, а также провозглашением новых праздников.

Весной 59 г. н. э. Корбулон направился на юг и, пройдя у границы страны мардов и через страну тавранитов, подошел к Тигранокерте11. Во время этого похода армия больше пострадала от разного рода трудностей, чем от атак со стороны армян, а две крепости, которые оказали сопротивление, были захвачены: одна — штурмом, другая — осадой. Из Тигранокерты пришли послы, чтобы предложить Кор-булону золотую корону и известить его, что город готов к сдаче. Но когда римская армия подошла к стенам города, ворота, по-видимому, оказались закрытыми. Чтобы избежать длительной осады, Корбулон казнил знатного армянина, захваченного в плен, и забросил его голову в город. Она упала посреди военного совета, что и ускорило сдачу города без дальнейшего сопротивления12.

Укрепленный пункт под названием Легерда13 оказал Корбулону упорное сопротивление, и его взяли штурмом14. Очевидно, Корбулон зимовал в Тигранокерте.

Приблизительно в это же время гирканские послы, которые побывали в Риме, возвращались домой. Они пересекли Евфрат, скорее всего около Мелитены, и встретились с Корбулоном. Затем они, очевидно, проследовали на восток, в свои земли15.

На следующий год (60 г. н. э.) Тиридат предпринял попытку вернуть себе царство, начав наступление со стороны Мидии Атропатены. Корбулон послал легата Севера Верулана со вспомогательными войсками, а сам быстро, насколько это было возможно, последовал за ним. Огнем и мечом страна армян вскоре была приведена к покорности.

Так Армения оказалась полностью во владении римлян, и Нерон назначил ее правителем Тиграна V, правнука Архелая, последнего царя Каппадокии. Разные части Армении были доверены Фарасману Иберийскому, Полемону Понтийскому, Аристобулу из Малой Армении и Антиоху Коммагенскому — для того чтобы усилить контроль над вновь завоеванными территориями, так как часть населения все еще симпатизировала парфянам. Оставив для поддержки нового правителя 1 000 легионеров с 3 000 или 4 000 конных и вспомогательных пехотных войск, Корбулон вернулся в Сирию, где заменил умершего Квадрата16.

Упрочив свое положение, в 61 г. н. э. Тигран выступил в поход с целью вторгнуться в Адиабену и разграбить ее. То ли ситуация в Гиркании стала для парфян совершенно безнадежной, то ли Вологез посчитал это вторжение в Адиабену достаточно важным событием, но он вернулся с гирканского фронта. В Парфии ропот со стороны недовольной знати поощрял Тиридат, низвергнутый правитель Армении, который полагал, что его брат Вологез Парфянский не оказал ему достаточной поддержки. Монобаз, правитель подвергнувшейся атаке Адиабены, намеревался скорее сдаться римлянам, чем оказаться в плену у Тиграна. Вологез созвал совет знати и вновь подтвердил права своего брата на Армению. Свою кавалерию он передал парфянскому аристократу Монезу — с приказом действовать вместе с Монобазом и войсками Адиабены, чтобы изгнать Тиграна из Армении, в то время как он сам планировал отказаться от соперничества с Гирканией и с основными силами парфянского войска напасть на Сирию17. Корбулон отправил в Армению два легиона под командованием Севера Верулана и Веттия Болана18 — возможно, это были легионы IV Scythica и XII Fulminata — и разместил на Евфрате легионы III Gallica, VI Ferrata и X Fretensis, численность которых увеличил за счет рекрутского набора. Все переправы были защищены, а запасы воды тщательно охранялись. Учитывая серьезность ситуации, Корбулон попросил Нерона послать еще одного командующего, чтобы тот возглавил военные действия в Армении.

Тигран предвидел сложности с парфянами, поэтому отступил в Тигранокерту. Монез с парфянскими войсками отрезал конвои, доставляющие продовольствие в этот город, и вскоре после этого сам появился под его стенами. Попытка штурма оказалась безуспешной, и началась осада. Когда Корбулон услышал об этих событиях, он пригрозил Вологезу вторжением в Месопотамию, если эта осада не будет снята. Посланник Корбулона настиг парфянского царя в Низибисе. Вологез был настроен искать мира, поскольку римляне были хорошо подготовлены к военной кампании, да и осажденный город достаточно силен, тогда как фураж для парфянской кавалерии был уничтожен нашествием саранчи. По этим причинам враждующим сторонам удалось заключить соглашение, и было объявлено, что Вологез посылает в Рим послов с просьбой отдать Армению под его контроль. Монезу было приказано снять осаду с Тигранокерты, а парфянский монарх вернулся в свою страну. Уступки со стороны римлян были обнародованы не сразу: Тиграну и поддерживающим его римским легионам также следовало покинуть Армению. Солдаты провели зиму 61/62 г. н. э. на временных квартирах на каппадокийской границе19.

В ответ на просьбу Корбулона наместником Каппадокии назначили Л. Цезенния Пета. Войска были разделены; легионы VI Scythica, XII Fulminata, V Macedonica, который недавно ушел из Мезии, и некоторые союзные войска из Понта, Галатии и Каппадокии были отданы под командование Пета, а легионы III Gallica, IV Ferrata и X Fretensis — Корбулона20. Очевидно, войскам выдали жалованье серебряными монетами, специально отчеканенными в Кесарии в Каппадокии21. Корбулон занял позицию на Евфрате, где мог эффективно противодействовать любому продвижению парфян в этом направлении.

Вернулись посланники, которых Вологез отправил в Рим; их миссия оказалась безуспешной, и парфяне готовились возобновить военные действия22. Пет сразу же перешел в наступление. Планируя захват Тигранокерты, он пересек Евфрат, вероятно, около Мелитены (Малатья), с двумя своими легионами — IV Scythica под командованием Фунизулана Веттониана и XII Fulminata под командованием Калавия Сабина. Легион V Macedonica был оставлен на зиму в Понте23. После того как Пет захватил некоторые из близлежащих крепостей, из-за наступления холодов он был вынужден зазимовать в Рандее на реке Арсаний, притоке Евфрата24. Теперь, когда римляне совершили первый ход в борьбе, Вологез решительно выступил в поход. Пет сильно ослабил свои легионы, дав отпуска всем, кто за ними обратился. Кроме того, в его распоряжении были не те войска, что подготовил Корбулон, да и часть лучших воинов находилась с легионом V Macedonica в Понте. Одна когорта была отправлена для охраны жены и маленького сына Пета, которые в целях безопасности укрылись в крепости Арсамосата.

 

Воины двух основных видов парфянской конницы Рис. 1
Терракоты первых веков н. э. из Месопотамии (?), изображающие воинов двух основных видов парфянской конницы:
1 — закованный в доспехи пикейщик (катафракт), атакующий льва;
2 — легковооруженный лучник.

 

Между тем Корбулон сумел построить мост через Евфрат, возможно, около Зевгмы, находясь под плотным вражеским обстрелом. Он привел большие корабли, снабженные башнями с размещенными на них баллистами и катапультами, с помощью которых удалось очистить от неприятеля холмы на противоположной стороне реки. Так был построен мост и разбит лагерь, защищавший предмостные укрепления. Этот успех заставил парфян отказаться от планов вторжения в Сирию и повернуть все свои силы против римлян в Армении.

Как только Пет услышал о наступлении Вологеза, он сразу же двинулся навстречу парфянам. Вологез легко заставил его вернуться в свой лагерь, но не сумел до конца использовать полученное таким образом преимущество. Ситуация осложнилась еще и тем, что Пет разделил свои войска и послал 3 000 человек охранять ближайшие проходы Тавра, в то время как остальных держал в зимнем лагере около Рандеи. Желая подстраховаться, он известил Корбулона о серьезности своего положения. Как только тот узнал эту новость, 1 000 человек из каждого легиона, 800 кавалеристов и такое же количество сил вспомогательных войск получили приказ немедленно приготовиться к маршу. Тем временем положение Пета становилось все более и более опасным. Враг быстро разбил передовые посты и изолированные друг от друга римские отряды, после чего приступил к регулярной осаде римского лагеря. К Корбулону снова отправились гонцы, на этот раз с мольбой о немедленной помощи.

Теперь Корбулон выступил в поход25. Оставив часть своих войск защищать укрепленные пункты вдоль Евфрата, он двинулся кратчайшим и наиболее обеспеченным провизией маршрутом через Ком-магену, Каппадокию и затем Армению. Чтобы избежать тех трудностей, с которыми пришлось столкнуться Пету, Корбулон вез пшеницу на верблюдах, следовавших за его армией. Вскоре он начал встречать беглецов из осажденного римского лагеря и с этого момента стал двигаться форсированным маршем с большой скоростью. Однако Пет не мог дожидаться его прибытия и вступил в переговоры с парфянами. Несомненно, последние знали о том, что подмога осажденным римлянам близка, и были рады заключить мир. Римской миссии пришлось вести переговоры с командующим парфянской кавалерией Вазаком. Соглашение было достигнуто на второй день, когда Корбулон находился всего лишь в трех днях пути от цели. Монобаз Адиабенский выступил в качестве свидетеля договора, заключенного таким образом, что его условия были, естественно, выгодны парфянам.

Осаду лагеря следовало снять, и все римские солдаты были обязаны уйти из Армении. Все укрепления, припасы и провизия переходили парфянам. После выполнения этих условий Вологез получил полную свободу отправить послов к Нерону для обсуждения армянского вопроса26. Кроме того, римляне были вынуждены построить мост через реку Арсаний (Мурат Су), которая протекала перед их лагерем, что можно расценивать в качестве видимого символа их поражения. Все условия договора были точно выполнены, но не без дополнительных осложнений для побежденной стороны: еще даже до того, как римские войска покинули свои укрепления, пришли армяне и захватили оружие и одежду легионеров, а те не посмели протестовать, дабы не спровоцировать всеобщую бойню.

Пет поспешил к Евфрату, бросая по пути раненых солдат. Там он встретил Корбулона и попытался убедить его вернуться вместе с ним и возобновить наступление. Корбулон разумно отказался. Он вернулся прямо в Сирию, а Пет провел зиму в Каппадокии.

Вологез отправил Монеза к Корбулону с требованием, чтобы римляне покинули укрепленные пункты на восточной стороне Евфрата. Переговоры происходили на мосту, который построил Корбулон, но только после того, как была разрушена его центральная часть. Римский командующий согласился эвакуировать укрепления, если парфяне уйдут из Армении. Это условие было принято.

Весной 63 г. н. э. в Рим прибыли послы, отправленные Вологезом. Они предложили, чтобы Тиридат получил корону Армении в римском штабе, поскольку обязанности мага мешают ему прибыть в Рим для инвеституры. Хотя их предложение отклонили, в обратный путь послы отправились с подарками; из этого они могли сделать вывод, что если бы Тиридат появился в Риме лично, то эта просьба была бы удовлетворена.

Затем началась подготовка к продолжению войны. Управление Сирией поручили Г. Цестию Галлу, а войска, численность которых возросла за счет легиона XV Apollinaris из Паннонии под командованием Мария Цельса, передали под командование Корбулона. Поскольку Пет вернулся в Рим, политическое влияние Корбулона возросло настолько, что Тацит сравнил его с властью, данной Помпею законом Манилия27. Легионы IV Scythica и XII Fulminata, которые потеряли своих лучших людей и ослабли духом, отправили в Сирию. Затем в Мелитене собрались отборные войска, готовые к переходу через Евфрат. Они состояли из легионов III Gallica и VI Ferrata28 (оба из Сирии), V Macedonica, который ранее находился в Понте, и недавно прибывшего XV Apollinaris. Туда пришли также первоклассные подразделения из Иллирии и Египта, причем из последнего, вероятно, часть легиона XXII Deiotariana, и вспомогательные войска союзных царей.

Продвигаясь по Армении тем же путем, что Лукулл и Пет, Корбулон разрушал цитадели и сеял страх по всей стране. От Тиридата и Вологеза поступили предложения о мире, и на обратном пути парфянских послов сопровождали несколько римских центурионов, которые везли послания примирительного характера. Вологез хитроумно предложил провести встречу в Рандее, где Пет был вынужден сдаться. Тиберий Александр и зять Корбулона Анний Винициан отправились в лагерь Тиридата в качестве заложников на случай засады. Главнокомандующие, каждый в сопровождении 20 всадников, встретились и договорились о том, что Тиридат получит Армению, но только из рук Нерона. Несколько дней спустя, во время формальной церемонии перед собравшимися римскими и парфянскими войсками армянский монарх снял корону со своей головы и положил ее к ногам статуи Нерона, воздвигнутой специально для этого случая.

Данное соглашение было достигнуто в конце 63 г. н. э., но окончательно реализовано только в 66 г.29 Несомненно, часть этого времени заняло долгое путешествие, которое предпринял Тиридат, чтобы навестить свою мать и своих братьев, царя Атропатены Пакора и парфянского монарха Вологеза, находившегося в Экбатане. Тем временем дочь Тиридата и его царство оставались заложниками римлян. Римские войска на восточной границе сохраняли полную боевую готовность, и есть свидетельство о том, что переправу около Мелитены использовали подразделения, продвигавшиеся на армянскую территорию30.

Пока шли военные действия, Нерон воздвиг триумфальную арку в Риме31. Теперь, когда борьба закончилась, он выпустил серию монет в честь закрытия храма Януса32.

Во время долгого путешествия в Рим Тиридат позаботился о соблюдении зороастрийских предписаний, возложенных на него в соответствии с его жреческим саном33. Все путешествие проходило по суше, чтобы избежать осквернения моря34, а из римской государственной казны были выделены большие суммы денег на содержание 3 000 всадников, которые сопровождали армянского царя. Кроме собственных сыновей Тиридат взял с собой сыновей двух своих братьев и Монобаза. Царица также была членом посольства и скакала рядом со своим господином, надев на голову шлем вместо обычного покрывала. Все путешествие заняло около девяти месяцев. В Италии, по дороге из Пизена в Неаполь, Тиридат путешествовал в экипаже, запряженном двумя лошадьми, который прислал ему Нерон. В Неаполе Тиридата встретил сам римский император. Там Тиридат засвидетельствовал свое почтение и уважение Нерону, но как воин отказался разоружиться — снять свой кинжал, предпочтя прикрепить его клинок к ножнам гвоздями.

Поблизости от города Путеолы прошли гладиаторские бои, после которых процессия проследовала в Рим. По случаю данного события столица империи была разукрашена, а посмотреть на церемонию собрались огромные толпы. Тиридат вновь продемонстрировал смирение перед Нероном, который затем провозгласил его царем Армении и возложил ему на голову диадему35. Пробыв какое-то время в Риме, Тиридат вернулся домой, часть пути проделав по морю, от Брундизия до Диррахия, а часть по суше, через Малую Азию. С собой он привез много дорогих подарков и большое количество ремесленников для того, чтобы восстановить столичный город Артаксату36.

Это путешествие Тиридата дает нам некоторое представление о зороастризме, которое, соединяясь с другими отрывочными свидетельствами, показывает, что во второй половине первого века после Рождества Христова имела место волна восточной реакции. На монетах тогдашнего парфянского царя Вологеза I впервые в истории аршакидской нумизматики37 появляется алтарь, а также часто встречается изображение человека, совершающего обряд перед похожим на алтарь объектом38. При этом же правителе было приказано собирать все разрозненные остатки рукописных или устных традиций Авесты39. Впервые на парфянских монетах появляются легенды на пехлеви в дополнение к традиционным, составленным на греческом языке, который к тому времени стал безнадежно искаженным40.

Мир, установившийся после временного разрешения армянского вопроса, является причиной скудости информации о Парфии в этот период. Даже длительность правления Вологеза I вызывает споры; вероятно, оно продолжалось до 79/80 г. н. э.41 В 66 и 67 гг. Рим проводил широкомасштабные приготовления к войне: был создан новый легион, I Italica42, а один из первоклассных легионов, XIV Gemina (Martia Victrix), начал передислокацию в направлении восточного фронта43. Перед самой смертью в 68 г. Нерон был поглощен планами крупной экспедиции, нацеленной на кавказские Железные Ворота44. Существует предположение45, что ее конечной целью являлись аланы, или же что это мог быть ложный маневр, чтобы отвлечь парфян и таким образом воспрепятствовать их помощи иудеям. Но в любом случае едва ли можно было избежать враждебных отношений с парфянами. Смутные времена, которые наступили после смерти Нерона, положили конец всем этим приготовлениям.

В 69 г. Веспасиан провозгласил себя императором. Вологез, узнав об этом событии, в следующем году отправил послов в Александрию, чтобы предложить ему использовать 40-тысячную парфянскую конницу46. Письмо, которое они везли, было адресовано так: «Царь царей Аршак приветствует Флавия Веспасиана»47. Возможно, это приветствие как-то повлияло на последовавший вежливый отказ, но скорее всего Веспасиан считал, что полностью владеет ситуацией. Сохем Эмесский и Антиох Коммагенский присоединили свои войска к Веспасиану. Были отправлены посольства к парфянам и армянам с целью установления с ними мирных отношений48. В 71 г. по случаю римских побед над иудеями Вологез направил свои поздравления Титу в Зевгму и подарил ему золотую корону. Этот подарок был принят, а послам, которые его привезли, перед отъездом устроили пир49.

В 72 г. произошел инцидент, который таил в себе угрозу установившимся мирным отношениям50. Л. Цезенний Пет, участник кампании Корбулона, а теперь наместник Сирии, сообщил Веспасиану о готовящемся союзе Антиоха Коммагенского и его сына Епифана с Вологезом против Рима. Этот союз мог представлять опасность, так как Самосата, столица Коммагены, располагалась на Евфрате около одной из лучших переправ через эту реку, и, следовательно, парфяне получили бы прекрасную базу для операций в Сирии и Киликии. Пета уполномочили выступить против Антиоха, что он и сделал со всей возможной стремительностью. Продвигаясь вперед с легионом X Fretensis и вспомогательными войсками, предоставленными Аристобулом из Халкиды и Сохемом из Эмесы, Пет захватил Антиоха Коммагенского врасплох. Царь забрал своих жену и детей и сбежал еще до прихода римлян, которые без боя вступили в Самосату. Хотя сам Антиох не был склонен решать этот вопрос силой оружия, его сыновья Епифан и Каллиник вместе с теми войсками, которые сумели собрать, преградили путь римлянам. Битва длилась целый день и закончилась с наступлением ночи, причем ни одна из сторон так и не смогла добиться перевеса. Однако коммагенский царь снова пустился в бегство. Это привело его войска в такое уныние, что они перешли к римлянам, а царевичи, сопровождаемые охраной всего лишь из 10 человек, бежали искать убежища у Вологеза51. Парфяне оказали сыновьям Антиоха радушный прием, но позже выдали их Велию Руфу, которого прислал Веспасиан. Римляне посадили Антиоха под арест, но позволили ему жить в Спарте, где предоставили достаточно денег, чтобы он смог содержать подобающее его царскому достоинству поместье52. Малая Армения и Коммагена были превращены в римские провинции с размещением там гарнизонов53. Поглощение этих приграничных царств происходило в соответствии с политикой, начатой Тиберием, а теперь продолженной Веспасианом, который более чем основательно ознакомился с ситуацией на Востоке во время своей кампании в Иудее.

Число постоянных легионов на Ближнем Востоке возросло, также как и количество высших командных постов. В Сирии и присоединенной к ней Коммагене находились легионы III Gallica, IV Scythica и VI Ferrata; Иудею удерживал легион X Fretensis; легион V Macedonica, который участвовал в иудейской войне, был отослан назад в Мезию через Александрию в начале 71 г. Каппадокию, Малую Армению и Галатию отдали в подчинение одному наместнику с военным штабом в Мелитене. Очевидно, в начале правления Веспасиана в Каппадокии не было легионов, и он был первым, кто разместил их там54. В этом районе находились легион XII Fulminata и по крайней мере еще один — вероятно, XVI Flavia.

Около 72 г. н. э. аланы, кочевое племя с севера, вторглись в пределы Парфии55. Они наступали со своей территории близ Меотийского озера (Азовского моря)56, заключили союз с царем ныне независимой Гиркании57 и проследовали на юг через Железные Ворота58 Кавказа и оттуда в Мидию Атропатену. Брат Вологеза I Пакор, назначенный правителем этой страны при восшествии Вологеза на парфянский престол, был изгнан в какое-то отдаленное место. Его гарем попал в руки аланов, но ему удалось выкупить жену и наложниц. Аланские орды продолжили свой поход на запад и нанесли поражение царю Армении Тиридату на его же территории, а самого царя едва не захватили в плен при помощи аркана. Удовлетворенные добычей, аланы вернулись на восток.

В 75 г. Вологез обратился к Риму за помощью против аланов, однако Веспасиан не послал к ним ни Тита, ни Домициана, как просил парфянский монарх59. Римское войско находилось по крайней мере у одного из перевалов Кавказа60, и Веспасиан помог Митридату Иберийскому укрепить его столицу Мцхету. Внешне эти приготовления служили цели обуздания аланов, но, возможно, они были направлены также и против парфян. В 76 г. М. Ульпий Траян, отец будущего императора, получил триумфальные знаки отличия за какую-то дипломатическую победу над парфянами61. Труд Валерия Флакка, часть которого, вероятно, была написана примерно в это же время, ясно отражает интерес Рима к аланам и кавказскому региону62.

Примечания:

[1] Тас. Ann. XIII. 6; 16 декабря 54 г. до н. э. Нерону исполнилось 17 лет.
[2] Тас. Ann. XIII. 7; Iosephus. Ant. XX. 158; idem. Bell II. 252; Dessau 8958. Эмесса и Софена слишком далеки друг от друга, чтобы отождествить этих двух людей с большой долей вероятности, см.: PW, статья «Sohacmus». Nr. 4.
[3] Об этих легионах см.: PW, статья «Legio», как основной раздел, так и разделы по отдельным легионам, а также «Domitius (Corbulo)» в Suppl. III. Фронтин, по-видимому, говорит о начале этой кампании (Frontinus. Strat. IV. 2. 3). Ср. также упоминание об Арии Варе, которому, согласно Тациту, сопутствовал успех в Армении (Тас. Ann. XIII. 9; idem. Hist. III. 6), но, возможно, речь идет о разных людях с одинаковыми именами.
[4] Дискуссию и библиографию об этом претенденте на престол см.: САН. Vol. X. Р. 879. Родственная связь, принятая здесь, базируется на исправлении одного места из «Анналов» Тацита (Тас. Ann. XIII. 7).
[5] Рот указывает, что появление «Vol.» в легендах на некоторых драхмах Вологеза является намеком на наличие у него соперника (Wroth. Parthia. P. LU, n. 2). Похожий пример в клинописной литературе см. выше, с. 64-65.
[6] Об утверждении Тацита, что он пришел «из Германии» (Тас. Ann. XIII, 35), см.: PW, статья «Legio (IIII Scythica)». Col. 1558 f.
[7] См. дискуссию и библиографию в: САН. Vol. X. Р. 880, п. 5.
[8] Тас. Ann. XIII. 37.6; XIV. 25.2; XV. 1.1; Wroth. Parthia. P. LIII. Гиркания, возможно, оказала поддержку восстанию сына Вологеза.
[9] Dio Cass. LXII. 19-20; Тас. Ann. XIII. 39-41.
[10] Тас. Ann. XIII. 41. 3. Вероятно, это был конец сезона военных кампаний, и, как предполагает Фюрно в своем издании Тацита (Annals. II. 114, п. 2), город, возможно, не был бы разрушен до тех пор, пока армия зимовала там. Такое сжатие хронологии было бы типичным для рассказа Тацита о восточных делах.
[11] PW, статья «Tigranokerta». О затмении 59 г. н. э. см.: Plin. Hist. nat. II. 180.
[12] Frontinus. Strat. II. 9.5; cp. Tac. Ann. XIV. 24.6. Относительно дисциплины в армии во время этой кампании см.: Frontinus. Strat. IV. I. 21; 28. Монеты (McDowell. Coins of Seleucia. P. 228 f.) определенно свидетельствуют о том, что в 59/60-61/62 гг. до н. э. Селевкия была охвачена восстанием.
[13] Это Элугия Тиглатпаласара III, как указывает Леманн-Хаупт (Lehmann-Haupt // Zeitschr. f?r Ethnologie. Bd. XXXII. 1900. S. 438, Anm. 4); см. также: Olmstead. Shalmaneser III and the Establishment of the Assyrian Power // JAOS. Vol. XLI. 1921. P. 359 f., n. 31.
[14] Tac. Ann. XIV. 24-25.
[15] Текст из Тас. Ann. XIV. 25 — «maris rubri» — должно быть, неправильный. Предложенное изменение «maris sui» кажется вполне обоснованным.
[16] Tac. Ann. XIV. 26; Iosephus. Ant. XVIII. 140; idem. Bell. II. 222; PW, статья «Tigranes». Nr. 6.
[17] Tac. Ann. XV. 2; Dio Cass. LXII. 20.
[18] Стаций упоминает о деятельности Болана (Statius. Silvae V. 232 ff.).
[19] Тас. Ann. XV. 5 f.; ср.: Dio Cass. LXII. 20.
[20] Tac. Hist. III. 24; idem. Ann. XIII. 8; XV. 6. 5; см. также: Chapot V. La fronti?re de l’Euphrate de Pomp?e ? la conqu?te arabe. Paris, 1907. P. 79. См. также: CIL. XIV. Nr. 3608 = Dessau 986.
[21] Mattingly, Sydenham. Rom. Imp. Coin. Vol. I. P. 15, n. 4; p. 147 — монеты n. 37 ff. На оборотной стороне монеты (Ibid. Pl. X, n. 159) есть надпись ARMENIAC и изображение богини победы, держащей пальмовую ветвь и венок.
[22] Тас. Ann. XV. 7; Dio Cass. LXII. 20.
[23] Tac. Ann. XV. 9.
[24] Dio Cass. LXII. 21; Henderson B. W. Rhandeia and the River Arsanias // Journ. of Philology. Vol. XXVIII. 1903. P. 271 ff.
[25] Не стоит обсуждать здесь, пытается ли Тацит прикрыть умышленную халатность со стороны Корбулона, проявившуюся в том, что он особенно не спешил на выручку Пета.
[26] Тас .Ann. XV. 14; Dio Cass. LXII. 21; ср. также: Suet. Nero 39. 1.
[27] Тас. Ann. XV. 25; CIL. III. Nr. 6741-6742a = Dessau 232; Anderson J. G. C. // Class. Rev. Vol. XLV. 1931. P. 190.
[28] Надпись из Вифинии прославляет Сульпиция Скаптия Аспра из легиона VI Ferrata и упоминает о зимовке этого легиона в Каппадокии, см.: HaslnckF. W. Inscriptions from the Cyzicus District, 1906 // JHS. Vol. XXVII. 1907. P. 64, no. 5; Domaszewski A. von. Kleine Beitr?ge zur Kaizergeschichte // Philologus. Bd. LXVII. 1908. P. 5-8. Это Аспр, упомянутый Тацитом (Tac. Ann. XV. 49 ff.).
[29] Tac. Ann. XV. 24-31; ср.: Iosephus. Bell. II. 379 (речь Агриппы в 66 г.); Mommsen. Prov. Rom. Emp. Vol. II. P. 64; САН. Vol. X. P. 770-773.
[30] Легион III Gallica под командованием Тита Аврелия Фульва располагался в Зиате (Харпуте), где он, очевидно, построил крепость по распоряжению Корбулона, см.: CIL. III. Nr. 6471-6742а = Dessau 232.
[31] Тас. Ann. XV. 18.1. Арка, вероятно, изображена на монетах; см.: Mattingly, Sydenham. Rom. Imp. Coin. Vol. I. P. 155, n. 1, и монеты no. 147 ff.
[32] Mattingly, Sydenham. Rom. Imp. Coin. Vol. 1. P. 156, n. 1, и монеты no. 159 ff.
[33] Plin. Hist. nat. XXX. 16 f.; Tac. Ann. XV. 24.
[34] Plin. Loc. cit., The Zend-Avesta. I. The Vend?d?d / Transi, by J. Darmesteter. 2nd ed. Oxford, 1895 (The Sacred Books of the East / Ed. F. M. M?ller. Vol. IV). P. LXXV-XXVI1.
[35] Dio Cass. LXII (LXIII. 1. 2-6. 1); Suet. Nero 13.
[36] Об интерпретации этого путешествия Тиридата см.: Cumont F. L’iniziazione di Nerone da parte di Tiridate d’Armenia II Rivista di filologia. Vol. LXI. 1933. P. 145-154.
[37] Wroth. Parthia. Pl. XXIX/11 f.
[38] Ibid. Pl. XXIX/8-10.
[39] Zend-Avesta. I. Vend?d?d / Transi, by Darmesteter. P. XXXVIII-XLI.
[40] Wroth. Parthia. P. 182 f.
[41] Ibid. P. XLIX f.; McDowell. Coins from Seleucia. P. 192.
[42] Suet. Nero 19; Dio Cass. LV. 24. 2.
[43] Tac. Hist. II. 11; 27; 66; Schur W. Die Orientpolitik des Kaisers Nero. Leipzig, 1923 (Klio. Beiht XV/NF. Ht. 2). S. 107 ff.
[44] Tac. Hist. 1.6; Suet. Nero 19; Dio Cass. LXII (LXIII. 8. 1); Plin. Hist. nat. VI. 40; CAH. Vol. X. P. 773-778. См. также: Sanford E. M. Nero and the East // Harvard Studies in Classical Philology. Vol. XLVIII. 1937. P. 75-103.
[45] Mommsen. Prov. Rom. Emp. Vol. II. P. 65 f., n. 3.
[46] Suet. Vespasian. 6; Тас. Hist. IV. 51.0 восстании в Селевкии в 69/70 г. н. э. см.: McDowell. Coins fom Selcucia. P. 228 f.
[47] Dio Cass. LXV (LXVI. 11.3).
[48] Tac.Hist. II. 81 f.; V. 1.
[49] Ioscphus. Bell. VII. 105 f.
[50] Gsell C. E. S. Essai sur le r?gne de l’empereur Domitien. Paris, 1893. P. 232-234. Ньютон (Newton H. C. The Epigraphical Evidence for the Reigns of Vespasian and Titus. New York, 1901 [Cornell Studies in Classical Philology. Vol. XVI]. P. 19 f., no. 254) не датирует консульство Пета; но ср.: PW, статья «Syria». Col. 1629.
[51] CIL. III. Nr. 14387 i = Dessau 9198; также Dessau 9200.
[52] Iosephus. Bell. VI. 219-243.
[53] CumontF. L’Annexion du Pont Polcmoniaque et de la Petite Arm?nie II Anatolian Studies to Sir William Mitchell Ramsay. Manchester, 1923. P. 114 and notes.; Reinach T. Le mari de Salome et les monnaies de Nicopolis d’Arm?nie II Revue des ?tudes anciennes. T. XVI. 1914. P. 133-158.
[54] Suet. Vespasian 8.4; Tac. Hist. II. 81; Stout S. E. L. Antistius Rusticus II CPh. Vol. XXI. 1926. P. 49. Статья «Legio» в PW (опубл. в 1924-1925 гг.) содержит почти все имеющиеся свидетельства по этой теме.
[55] Iosephus. Bell. VII. 244-251; idem. Ant. XVIII. 97; Suet. Domitian 2. 2; Dio Cass. LXV (LXVI. 15. 3); возможно: Lucan. De bell. civ. VIII. 223. Предполагаемые даты вторжения разнятся от 72 до 74 г. н. э., см.: Niese В. Zur Chronologie des Iosephus // Hernies. Bd. XXVIII. 1893. S. 209-211 (73 г. н. э.); Sch?rer E. Geschichte des j?dischen Volkes im Zeitalter Jesu Christi. Bd. I. Leipzig, 1901. S. 639, Anm. 139 (72 г. н. э.); T?ubler E. Zur Geschichte der Alanen // Klio. Bd. IX. 1909. S. 18 (72 или 73 г. н. э.); Rostovtzeff M. I. Iranians and Greeks in South Russia. P. 118 (73-34 гг. н. э.); Longden R. P. Notes on the Parthian Campaigns of Trajan // JRS. Vol. XXI. 1931. P. 23; а также: Markwart J. Iberer und Hyrkanier // Caucasica. VIII. 1931. S. 80(72 г. н. э.).
[56] Предпринимались многочисленные попытки исправить текст Иосифа, особенно на основе ранних переводов китайских источников, см.: T?ubler. Op. cit. S. 18 ff. Не столь давняя работа по этим источникам дает возможность полагать, что Иосиф был прав, как это признавал еще Гутшмид (Gutschmid. Geschichte Irans. S. 133), см.: Hirth. Story of Chang K’i?n // JAOS. Vol. XXXVII. 1917. P. 96. Сен-Мартен (Saint-Martin J. Discours sur l’origine et l’histoire des Arsacides II JA. T. I. 1822. P. 65-77) считал, что первоначальное парфянское вторжение было схоже по своему характеру с вторжением таких народов, как аланы.
[57] Iosephus. Bell. VII. 245.
[58] В какое-то время там находились римские войска, но, возможно, это было позднее — в 75 г. н. э.; см.: Statius. Silvae IV. 4. 61 ff.
[59] Suet. Domitian 2. 2; Dio Cass. LXV (LXVI. 15. 3).
[60] CIL. III. Nr. 6052, плюс небольшое исправление А. Аминрашвили (цитв: Philol. Wochenschr. Bd. XLVIII. 1928. Col. 838. См. также: JA. 6 s?r. T. XIII. 1869. P. 93-103; Berge C. de la. Essai sur le r?gne de Trajan. Paris, 1877 (Biblioth?que de l’Ecole des hautes ?tudes. T. XXXII). P. 163; Newton. Vesp. and Tit. P. 19 f. Тот факт, что почти каждая римская кампания в Месопотамии начиналось с экспедиции в Армению, опровергает мнение Д. Маги, состоящее в том, что интерес Рима в этих регионах был не военным, а коммерческим (Magie D. Roman Policy in Armenia and Transcaucasia and Its Significance // Amer. Hist. Assoc. Annual Report for 1919.1. Washington, 1923. P. 300-303).
[61] Waddington W. H. Fastes des provinces asiatiques. Paris, 1872. № 100; Plin. Panegy-ricus 14. То, что при этом не было никакой серьезной борьбы, показано Тацитом (Тас. Hist. I. 2); Victor. Epit. 9. 12; idem. De Caes. 9. 10.
[62] Valerius Flaccus III. 493 f.; V. 558-560; 600 f.; VI. 65 f.; 106 f.; 114-135; 203 f.; 507 f.; 690-692. Примерно к этому времени может относиться пехлевийский документ Авроман III. Он датируется 321 г. (аршакидской эры?), т. е. 74 г. н. э., или, если это селевкидская эра, — 10 г. н. э. См.: Cowley A. The Pahlavi Document from Avroman // JRAS. 1919. P. 147-154; Say ce A. H. Two Notes on Hellenic Asia. I. The Aramaic Parchment from Avroman // JHS. Vol. XXXIX. 1919. P. 202-204; Unvala J. M. On the Three Parchments from Avroman in Kurdistan // BSOS. Vol. I. No. 4. 1920. P. 125-144; Nyberg H. S. The Pahlavi Documents from Avrom?n // Le monde oriental. T. XVII. 1923. P. 182-230.

Источник:

Дибвойз Н. К. Политическая история Парфии. «Филологический факультет Санкт-Петербургского государственного университета», «Нестор-История». Санкт-Петербург, 2008.
Перевод: В. Никоноров.

 
© 2006 – 2017 Проект «Римская Слава»